Антропософская художественная терапия

Мартин Баркхоф

Великие художники отмечают, что душа человека отпечатывается постепенно на его лице, она вылепляет и прорисовывает его лик. Жизнь воли мы видим в том, как человек двигается, в его жестах и походке. Воля выражается не только в формах, но в последовательности форм, во внутренней драматике, в том, как следуют действия одно за другим. Здесь вступает в действие музыкальное. Черты лица и жесты человека, который имеет дело с точными числами в музыке отличаются от облика и жестов того, кто имеет дело с точными числами в области финансов. Мысли, понятия, чувства, самодисциплина, все духовно-душевное запечатлевается в физически-телесном.

Если бы медицина не понимала столь хорошо, что внутреннее, не телесное, имеет решающее значение для долговременного внешнего, телесного здоровья человека – она не смогла бы совершить важнейших открытий в течении последних 50 лет. Например, такого основополагающего открытия как открытие Аарона Антоновского о салютогенезе.

Сегодня общеизвестным является то, что важнейшей основой долговременного здоровья человека является его духовный настрой, взаимосвязь его действий и мыслей. Не то, с чем встречается тело, не то, что встает на пути души как ужасное или прекрасное, оказывает решающее влияние на то, что сохраняет тело сильным и здоровым, но то, каким образом отдельный человек в мыслях относится к этому – это определяет его здоровье, жизненность, образующие силы, способность адаптироваться.

Аналогичным образом известный американский исследователь в области профилактической медицины Дин Майкл Орниш показал в своих замечательных исследованиях, что пережитая любовь, любовь, которую человек получает, и, прежде всего, та, которую он дает, непосредственно воздействует оздоравливающе и укрепляюще на телесность.

Где же тот мост, та сфера, с помощью которой внутреннее воздействует на внешнее? Как это можно наблюдать? Что мы должны искать, что иметь в виду? Что же это за понятие, при помощи которого мы можем направить и укрепить свое внимание?

Нужно иметь силу понимать природу, в особенности человеческую природу, не просто как нечто разумное, технически просвещенное, но как творчески действующее. Природа не просто находит разрешения для отдельных проблем, она находит всеобъемлющие решения, соединяющие отдельные части в целое – из некоего количества данных минералов, климатических условий, растений и животных она создает ландшафты и удивительные, исполненные мудрости экосистемы. Природа «мыслит» соответствиями, взаимосвязями, эволюцией. Она находит некие формы, и в новых условиях преобразует эти формы. Это можно увидеть, например, наблюдая изменения форм - от формы степного цветка к форме цветов, растущих в горах и т.д.

Формы природы не статичны. Так у тигра, живущего на свободе в дикой природе, гораздо более легкие, даже филигранные кости, в отличие от его собрата, ведущего статичный образ жизни в зоопарке. Тигр живущий в клетке получает от своей природы толстые, тяжелые кости. Они забирают у него страсть к движению, и искусно формируют из него тигра, который охотно лежит. Природа-искусница, формирует также и человека. Она проявляет себя в человеке как нечто, что постоянно живёт между задачами и решениями, то, что регулирует в жизни еду и сон, работу, радость жизни и утомление. С этой искусницей имеет дело художественная терапия. Искусство занимается тем, что преобразует внутреннее в видимое и слышимое, в образы внешнего мира. Оно вылепливает внешнее из внутреннего. Поддержанию, укреплению этой внутренней творящей силы в существе человека призвана служить антропософская художественная терапия. Еще Аристотель заметил, что медицинская наука сама по себе не способна сделать человека здоровым.

Наука может сделать здоровым только «человека вообще», некоего вымышленного человека. Но чтобы исцелить и того, и этого, и ещё другого конкретного человека, которые все отличаются от «воображаемого» теоретического человека – для этого врач должен овладеть искусством врачевания. Телесные задатки людей различны и окружающие условия совершенно по-разному воздействуют на различных пациентов. Для того, чтобы привести это в правильное соотношение, требуется искусство. Аналогичным образом настоящему учителю требуется искусство воспитания, настоящему предпринимателю и политику – социальное искусство, а хорошая мать должна владеть искусством семейной жизни. Эти искусства можно назвать искусствами бытия, реальности. Они действуют, но их не замечают. И очень часто не понимают, что эти искусства – больше, чем просто знание.

Однако, наряду с этими искусствами реальности существуют и другие искусства: искусства вымысла, полуреальности, «будто бы» искусства. Их назвали изящными искусствами, искусствами вымысла, их всемерно восхваляли и обожествляли… …а потом их же назвали неистинными, излишними, иллюзорными, пустыми и низвергли. Но нет, изящные искусства требуют также истинного мастерства и также необходимы. Они являются помощниками и продолжателями той «искусницы», что действует в человеке.
Скульптура
Живопись
Музыка
Речь, драма и
Танец

Во всех их вариациях и комбинациях – они существуют не просто для того, чтобы развлечь публику своими прекрасными иллюзорными образами. Посредством их отдельный человек может сознательно воспринять, как в нём самом, «искусница - природа» из мыслей, чувств и различных импульсов формирует тело и его телесные проявления. Здесь берёт начало одна из идей, лежащих в основе антропософской художественной терапии.

Когда та творящая сила в нас, которая формирует наше тело, в чем-то ослабевает, тогда сознательный человек может прийти ей на помощь. Там, где в бессознательном действующая «искусница» ослабевает, мы можем ей помочь сознательным упражнением в искусстве.

  • Скульптура: в этих занятиях мы укрепляем наши формирующие силы благодаря лепке, работе с камнем, глиной, воском и т. д. Мы делаем себя более восприимчивыми к силам формы в наших представлениях, в нашей душевной жизни, в наполненности нашей воли.
  • Терапевтическая живопись освежает и может растворять различные блокады, благодаря активации душевных сил, которую даёт работа, например, с красным цветом, оранжевым, бирюзой, и т.д. , а также со свободным взаимодействием цветов.
  • Музыка: пульсирующий, дышащий, самосознающий человек находит силы для построения и укрепления себя посредством того, как отдельные звуки мелодии, созвучия и мотивы взаимодействуют друг с другом, и запечатлеваясь, действуют вплоть до физиологии музыканта и слушателя.
  • И только теперь мы подходим к речи! Она получает силу из глубины дыхания человека и из того, как дыхание связано с пульсом, с биением сердца. Из этих внутренних жизненных процессов в человеке формируется полярность: с одной стороны, мы выражаем душевные настроения в гласных, с другой стороны, мыслительные построения приходят к своему выражению посредством формирующей силы согласных. Речь - это тот элемент, в котором мы запечатлеваем смысл, и он может стать в терапии тончайшим средством духовного воздействия на душу и тело. Человек здесь может подойти к глубокой встрече с целительной «искусницей», которая творит в его существе.
  • Все это ведет в антропософской художественной терапии к эвритмии, которая есть «протанцованная» речь. Танец, речь, музыка, живопись и телесное пластицирование соединяются в одно искусство (эвритмию) и через него особенно тесно взаимодействуют с творящей силой в человеке. Из этого искусства развилась терапевтическая эвритмия.